Черновики и прочее...

  • Черновики и прочее... | Сергей Гришко

    Сергей Гришко Черновики и прочее...

    Приобрести произведение напрямую у автора на Цифровой Витрине. Скачать бесплатно.

Электронная книга
  Аннотация     
  94



ВНИМАНИЕ
Вы приобретаете произведение напрямую у автора. Без наценок и комиссий магазина. Данная Витрина является персональным магазином автора. Подробнее...

Читать бесплатно «Черновики и прочее...» ознакомительный фрагмент книги

Черновики и прочее...

            Черновики и прочее...

 

 

                Неоконченная дорога, ты задумчив провожая солнце. Твое бессмертие, мнимое по-человечески искалеченное, хочет сна и покоя. Злорадствуют тени пугливых существ  путающих извилистый путь в тумане и мраке сумерек. Страх есть, но он бездомный пес в промозглой ночи и твое чуждое, обескровленное лицо скрывает туман. Далекий гул ветра, или это нечисть воет по оврагам.

 

                Дорога одиночества длинною в жизнь, где нет скрытых троп и попутчик твой страх не самый худший вариант в перетасованной колоде лиц людских, что сброшены в разбитые судьбы. Усталость от человеческого табора, от вечного кочевья к земле обетованной, которая за горизонтом. Такая жизнь в дороге , вслед за солнцем, ей не будет конца.

 

                В дороге ты можешь встретить настоящих людей, узнать каковы они на самом деле. Проникнуться их духом, стать лучше, вырасти на ту самую голову, победить зло в себе. Скоро привал, желанный отдых. Трактир пуст и ты задумчив, рассматриваешь медяки, которыми расплатишься за хлеб и что-то еще.

 

                Запоздалая апрельская весна, капли дождя на закопчённом стекле, пустые тельца мух на подоконнике, тишина безветрия и тихая морось, где-то вдалеке чернеет стеною вздымающийся к небу лес. Мне бы закурить, но сигареты, их пустят в продажу только через лет шестьсот. Телятина, сыр и вино - формула счастливого бытия.

 

                Поэт во мне смеется над вашими деньгами, но с гонораром будешь сыт.

 

                Молчаливая пустота осени, холодный дождь, бездомная собака у витрины. Новые слова в сети для моего языка и речи, я пробую их на вкус, курю сигарету.  Окно во двор, где сотни других  окон в них глаза там тоже души и уже не разглядеть ничего. Желтые листья ковром мягким под лапами бездомной собаки, клены пылают в свете фар проезжающих машин.  Мать ведет дитя в жизнь, скромный праздник не дорогие подарки, мокрый асфальт их отражения, дитя верит в любовь и лакомства, обещанные матерью.

 

Писал ангел под диктовку сатаны да устал бедняга, осунулся, лик потеряв и крылья ему в тягость.

 

Мир закончился, а пробки не рассосались.

 

Жить с женщиной под крышею одной грозит опасностью и вредом для здоровья, постель спасает положение друг мой, там мягкость, теплота и отдохновенье.

 

Обед в Претонее, я заслужил его, как урка злой покой и деньги.

 

Уж лучше сердце вы мое разбейте,  чем в душу вам я наплюю.

 

Ужасна оправданная глупость.

 

И идти нам до самого солнца и края, до самого последнего дня.

 

По дороге разочарований счастье настигаю я.

 

Без трусов за тридевять земель побежала дура молодая за трусами.

 

Какой из русских языков тебе доступен дурачок идейный.

 

Добрался к свету ты в конце тоннеля и очутился на свете том.

 

Бесы пляшут в этих людях, мелкие пушистые, холодные зверьки, это караоке по субботам, ад он не такой, он впереди.

 

Мой ларек бесами пахнущий в апофеозе войны и краденых благ, небо рухнет и прольет свет на эти руины, просто прошлое с людьми застрявшими там.

 

Истина,  рожденная  сумасшедшим в бреду, он в вечной игре, где отсутствуют правила, он в вечных сумерках пограничного состояния. Вначале ты систематизируешь бред, а после ищешь истину.

 

Пустота, тающий снег, вязкое вещество во рту. Йогурт фруктовый и больной зуб. Пустой автобус, идущий снег, липнущий и ползущий по стеклу. Я возвращаюсь, это странное чудо глупого бытия, я остался в живых. Мою голову уже не разобьют пулей,  как стеклянную бутыль. Ожидание без сигарет, в руках не осталось теплоты, глаза выгорели, в них скрипит соль, они выцвели, потухли. Теперь я вижу, как растеклось  горе кругом, что скорбь и ночь вечны на земле. Кто-то курит в нервном ожидании, некоторые  рады, а я там остался у ларька в талой луже бурой крови и нечистот с монеткой в кармане на йогурт. Грязной рукой протянутой в теплое окошко, где свет лампы и равнодушие терпеливого продавца. Я больше уже не солдат и не пленный.

 

Чем больше выпьешь, тем меньше вспомнишь.

 

Нет времени героям, есть место для продукта.

 

Сколько стоящих судеб, о которых не снимут достойных фильмов.

 

Братка в конце этого балагана можно красиво и умереть, но только не под этими ношеными идеями в руках, не окрепших умов.

 

Тени с желтыми глазами заполняют пустую, темную комнату, ты убегаешь в ночь, которая полна выпотрошенных свиных туш, эти мертвые рыла, круглые бусины отрешенных глаз, ямы с загустевшей кровью, твое тяжелое дыхание жертвы, ты убегал от преследователей и тебя загнали сюда.

 

Как бы там ни было отвечай миру взаимностью.

 

Что дала вам ваша пресловутая свобода кроме дикарской вседозволенности в официозе пышных фраз в удобоваримой форме.

 

Я не открываю ничего нового, просто в чем-то убеждаюсь.

 

Фиолетовое солнце плавает в черном окне, передо мною дорожка, я вдохну и обращусь в слово везде. Говори и гори, но только не пой о любви.

 

Сейчас я пишу то, о чем рассказывать буду после и не вам.

 

Здесь ты ничтожное никто, хотя я не хочу быть кем-то среди вас.

 

Из 1000 мышей не собрать лошади, из 1000 гадостей собран кумир.

 

Как я могу тебя любить, если завтра мне хочется тебя не помнить.

 

Как можно бояться смерти, если умереть ты можешь только раз.

 

Одухотворенные лица, поступки и речи, а за всем этим банальный грабеж и насилие, простой беспредел.

 

Вы счастливый человек, но вздох ваш тяжел.

 

Созреть от игры образов до четкой мысли.

 

Желаю я того в чем нет судьбы предначертанья.

 

Он кормил буренку свою листьями коки и было молоко то самым лучшим молоком в округе.

 

Люди с флагами и лозунгами превратят в глупость любое благородное дело, люди с оружием обязательно прольют кровь, трусы останутся дома и будут выглядывать из-за штор премудрыми пескарями. Я же взобрался на крышу, здесь еще нет зла.

 

Свободный человек, в какое рабство ты отдашься?

 

Знай меру, не торопясь идя по жизни этой. Начало и конец все едино, ты никогда не наешься впрок.

 

Рабство бедного негра всюду найдет.

 

Ради чего дурак борется за счастье?

 

Верующие не пишут доносов.

 

Нищета надоела, философский настрой желал кушать, деньги пришли, а легче не стало. Во всем виноват философский настрой.

 

Как вы думаете, сколько потребуется времени, чтобы розарий превратился в серпентарий?

 

Умные в счастье своем лишены безрассудства.

 

Порою кажется что все, а это только день прошел, весна торопит жизнь и талый снег сползает в лужи, и шины оставляют след , огни и небо, нет еще не все, а лишь начало.

 

Бесконечность мелочей, в которой умирает разум. Уточнения, пояснения, поправки, картина мира размыта множеством отсылок к бесконечности мелочей.

 

Истинный жид ни бога, ни черта не убоится, его мир власть и деньги.

 

Вы к истине добавили слишком много слов.

 

Жить по уму, не спасать идиотов.

 

Скидки и бонусы сегодня на убийство людей.

 

 Быки рождены, чтоб их забивали, простаки заслужили лишь боль и обманы. Живым здесь нет места, а трупам почет, женщина блядь, мужик идиот. Культура в зачатии снов без постели,  любовь так продажна и слова надоели. Наркомании выход в омут желаний, грязные люди в белых халатах. Человек продается за мнимость свободы. Бедность и голод не сказка, не сон, вечная гонка от правды ко лжи. Надежда не сможет спасти эту жизнь.

 

Ничего нет, а мы уже делим плоды идеи.

 

Порою забываешь, что такое добродетель и остается злость и боль.

 

Любовь пройдет, и счастье дом покинет, она уйдет, оставив пустоту вокруг. Останешься лишь ты, вискарь, ночь до утра, а там и ты придёшь, идей подкинешь, ленивая муза, но все же моя.

 

И пред вошью сытой, под ноготь попавшей,  распахнулись райские врата.

 

В аду ли этом ты святость обрела?

 

В тебе нет тайн, ты чист, как капля горного ручья в тебе нет сути.

 

Многое рождается, чтобы тут же умереть.

 

Живите и радуйтесь, что сыты и в вас не стреляют.

 

Я ухожу прекрасная маркиза, а ваш лохасский абсо в ботинок мой нассал.

 

Когда происходящее теряет смысл, судьба делает очередной поворот.

 

Боже, за что хранимы тобою дураки?

 

 Дикий шабаш материальных понтов.

 

Это было прекрасным, пока не сотворили культ.

 

Если бы не было женщин и бога, о ком говорили ради кого убивали?

 

Идя к власти, ты наживаешь врагов, после расправляешься с ними и порождаешь новых, когда же успеть сделать мир лучше?

 

Мой ларек. Здравствуй Нюрка  добрый ангел, бес  ворчливый  Богодур, вольнодумие, мечта, просто шаг в иное поле, где за Ахероном, Стикс течет, не обжечься Флегетона огненной водою и в Коците мертвом не замерзнуть навсегда, ведь ларек мой, есть живое, настоящее всегда, память добрая Эвноя, чистота из хрусталя.

 

Город удовольствий это жизнь моя.

 

Свобода оставаться человеком.

 

Ну не идиот ли, тот человек, собравшийся обмануть дьявола.

 

 Жить мечтою или по уму, как заложено в глубинной сути человека. Мое счастье оказалось в ином, я вернулся в суровый мир неопределенности, тревог, адреналина, сытая келья осталась позади. Трудности, лишения, бесконечность проблем, жизнь не как у людей, вечный каторжанин и мозг ожил, и тело приобрело упругость, вновь жизнь заблагоухала ароматами,  я как хищник принюхался и вкусил радость бытия.

 

 Поверьте, у героев нет лиц.

 

В витринах богатых я вижу отражение своей нищеты.

 

Где вызреет химера как не в голове дурака или сумасшедшего.

 

Я никогда не чувствовал как жизнь течет, я просто созерцал идущее время.

 

Чтобы стать кем-то, необходимо отыскать и развить что-то в себе кроме миролюбия и покорности.

 

Есть очевидное, вступающее в противоречие с приказом, нет, Родине эти детские смерти не нужны.

 

Почему мерзавцы имеют благородную седину?

 

К человеку, боявшемуся темноты, пришел некто боявшийся человека.

 

Объективная ложь, не правда ли это?

 

Полная страна живых и все они, мертвые души.

 

Как узнать правду, если некому верить? Начать врать самому?

 

Почему публичные дураки все время рассуждают о довольно серьезных вещах.

 

Мы заткнуты в норы крысиные, мечтаем о великих делах, верша скудость бытия от завтрака к обеду. Ужин, вынутая тоска маска повседневного ношения, лицо притупленное алкоголем и хочется, чтоб все стало чуточку прекрасней кругом и без похмелья. Вырваться из этого порочного круга только куда?  Анархия или агония пылают в мире?  Все катится в черноту, и ты чувствуешь собственное разложение.

 

Все мы дураки и купить нас легко, если знаешь что предложить.